В 2008 году, увидев новости о церемонии закладки первых камней проекта «Четыре великие реки», я спустился с горы и пошел вдоль водного потока, фиксируя на камеру изменения разрушающейся реки. Полной противоположностью блестящим лозунгам правительства о предотвращении наводнений, обеспечении водными ресурсами, улучшении качества воды и экономическом развитии, было ужасающее зрелище разрушающейся и уничтожаемой родины, которое видели мои глаза. Я добрался до Наэсончхона, притока реки Нактонган, когда основные работы на главном русле подходили к концу. Хотя строительную площадку «Четырех великих рек» трудно вспоминать снова, я верил, что пока существуют песчаные притоки, подобные Наэсончхону, река со временем восстановится сама. Однако в нижнем течении Наэсончхона были запланированы две плотины, а в верхнем течении строилась дамба для удержания воды и песка. Я развернулся, отказавшись от намерения идти в горы, и вошел в затопленную зону.